Месяцами российские высокопоставленные чиновники утверждали, что путь к прекращению войны в Украине лежал через максималистские условия Москвы, согласованные на встрече Путина и президента Дональда Трампа в прошлом августе в Анкоридже. Лишь непоколебимость Украины помешала реализации плана, сообщает источник.

Нарратив рухнул

Этот нарратив рухнул. В последние дни трое высокопоставленных российских чиновников обвинили Белый дом в невыполнении соглашения по Аляске. Министр иностранных дел РФ Лавров предположил, что саммит был «хитростью США, чтобы выиграть время для перевооружения Украины».

Госсекретарь Марко Рубио возразил: «Если бы соглашение было, война бы закончилась. Россия хочет, чтобы им передали весь Донецк, помимо прочего».

После нескольких дней споров Путин признал это, заявив в воскресенье: «В Анкоридже действительно никаких договорённостей достигнуто не было».

Решение российского лидера похоронить саммит, который Кремль и пропагандисты мифологизировали как поворотный момент, прозвучало на фоне того, что российские войска в значительной степени застряли на поле боя в Украине. Это резкое изменение по сравнению с предыдущими четырьмя годами, когда они добивались успехов.

Вместо этого небо над Россией и оккупированной украинской территорией всё больше заполняется передовыми украинскими беспилотниками. Это сигнализирует о новом этапе, в котором Россия технологически отстаёт, а рядовые граждане РФ ощущают, как война вмешивается в их жизнь через дефицит бензина и сбои с летними поездками, в том числе в оккупированный Крым.

Российские политологи интерпретировали спор между Рубио и Лавровым как знак того, что Украина убедила Трампа: она может продолжать борьбу и представляет серьёзную угрозу для Крыма, а не сдаст Донбасс, как требовала Россия. Трамп, вероятно, прибыл на Аляску, считая, что поражение Украины неизбежно.

Со времён Аляски никакого значительного прорыва в пользу России не произошло. Европа по-прежнему оказывает военную и экономическую помощь Украине, а Трампа отвлекал Иран.

Украина расширила производство беспилотников до уровня, позволяющего наносить удары по российским городам за сотни миль от границы. Это поддерживает стабильность зоны поражения на передовой.

«Война в этом году заметно изменилась, — сказал Руслан Леваев, аналитик команды Conflict Intelligence Team. — Трудно сказать, что боевая инициатива на стороне Украины. Но время на стороне Украины. Для России возникает всё больше проблем — экономических, политических и военных, и всё это накапливается».

Аналитики сомневаются, что Москва решится на полную мобилизацию, поскольку это потребует значительных ресурсов. Путин также утверждал, что Киев выдвинул «новые предложения» по ограничению боевых действий четырьмя регионами Украины и взаимному прекращению ударов на большую дальность. Однако он расценил это как отвлекающий фактор.

«У нас есть уверенность относительно вызовов, с которыми сталкивается Путин, но чего мы можем ожидать от него в ответ на эти вызовы, остаётся неясным», — сказал Владимир Пастухов, российский политолог и почётный старший научный сотрудник Университетского колледжа Лондона.

По словам Пастухова, у Путина есть несколько вариантов эскалации, связанных с риском: нападение на страну НАТО в Прибалтике, применение тактического ядерного оружия в Украине или массовая мобилизация. Москва также может использовать гибридную стратегию.

В воскресенье Путин заявил, что Россия ожидает возобновления мирных переговоров под руководством США и визита посланцев США Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера после завершения «горячей фазы» войны с Ираном.